четверг, 29 ноября 2012 г.

НИКОЛАЙ РУБЦОВ

Я запомнил, как диво,
Тот лесной хуторок,
Задремавший счастливо
Меж звериных дорог...

Там в избе деревянной,
Без претензий и льгот,
Так, без газа, без ванной,
Добрый Филя живет.

Филя любит скотину,
Ест любую еду,
Филя ходит в долину,
Филя дует в дуду!

Мир такой справедливый,
Даже нечего крыть...
- Филя! Что молчаливый?
- А о чем говорить.
О реформе образования 

Иван Есаулов о заявлении филфака МГУ

Виктор Живов_Без обращения к источникам гуманитарного знания не может быть полноценного образования 

 Покойный Капица Сергей Петрович несколько лет назад говорил (можно сказать, кричал), что то, что творится в области нашего образования, - вредительство и предательство. Умных и любящих свою страну людей у нас не слушают (не слышат). Чиновник у нас всегда умнее любого учёного и талантливее любого художника. Такое ощущение, что мы оккупированы твёрдолобыми реформаторами - посланцами какой-то планеты из другого созвездия с очень либеральным государственным или всепланетным или межзвёздным устройством... 
Они, реформаторы эти, не предатели, они - завоеватели и оккупанты, и разговаривать с ними, указывая им их настоящее место, надо иначе.


Александр Щипков:
"Нужен новый слой. Слой органических интеллектуалов, уважающих национальные ценности, принципы социальной справедливости и нравственные нормы, включая православную этику. Только такая общность может составить конкуренцию "креативному" классу, который живёт на информационную ренту и формирует ложное сознание российского большинства"
(Из статьи "Интеллигенция. Свидетельство о смерти", ЛГ)

вторник, 27 ноября 2012 г.

Интересно. Похоронить - спрятать до времени? А там уж как придётся. Ведь и украсть же кто-то может. И можешь сам забыть, где спрятал. Ну, это так я.
Вычитал в мемуарах одного современного нам с Вами художника такие вот сравнения:
"Красный, как Серафим" - с большой буквы у автора мемуаров - и "Синий, как Херувим".
Ну, ладно, думаю.
А отец мой, Царство ему Небесное, говаривал бывало: "Красный, как собака". То у него глина была красная, как собака. То у него заря была, как собака, красной. И про некоторых, не очень уж и редких, женщин он высказывался: "Бела, высока - красива". На смуглых он, отец мой, не заглядывался - их для него как будто не было. Но вот всю жизнь прожил со смуглой, не высокой.
Среди моих знакомых есть девушка лет пятидесяти. Бывая у меня в гостях, она мне часто говорит:
- Ты представляешь, кого я сегодня (вчера, позавчера) встретила на Кронверском?
Я знаю кого, но спрашиваю:
- Кого?
Она, помедлив, отвечает:
- Композитора Корнелюка.
- У-у, - говорю. Ну, мол, удача-то какая.
И всегда при этом вспоминаю, как забирал когда-то старшего сына из детского сада, вёз на санках или вёл его за руку домой, а он, завидев вдалеке человека в форме, чуть не кричал:
- Папа, смотри, милицанер!
Восторга в его голосе было столько же, сколько и в голосе моей знакомой, когда она сообщает мне о встрече с этим композитором.
В будущем ей опять, надеюсь, повезет.
Российский флаг.
Цвета - красный, синий, белый.
Красный и синий - цвета Богородицы.
Белый - символизирует причастность к божественному миру.
По Конституции?
Нет, отсебятина.
И так можно подумать:
"Чёрный квадрат" Малевича - это Ад до нисхождения в него Христа.
"Красный" - Ад же, но после, когда был открыт выход всем из "тьмы в чудный свет".
Ну, сам художник вряд ли бы со мной согласился.
И что ещё. "Чёрный квадрат" куда у нас известнее, чем "Красный".
Такое дело.
Нужно потерять (похоронить) очень близкого тебе по духу человека, чтобы понять (почувствовать), что только теперь ты обрёл его по-настоящему. В Вечности. Там нет утрат. От этого - спокойно. 
И там имеют, а не ждут.
Ну, это я так представляю.
А про "спокойствие" - так это пережито.
Человек целостный в праведности, мир - в Боге; всё когда-то разделённое соединил воплотившийся Бог; объединённый воплотившимся Богом мир живёт многообразием.
Вспомните цвет, вспомните звук, вспомните себя.
И про Распятого не забывайте.
В качестве эпиграфа к "Десяти посещениям моей возлюбленной", отдельно от текста:

Ветер под окошками
тихий как мечтание,
А за огородами
в сумерках полей
Крики перепелок,
ранних звезд мерцание,
Ржание стреноженных
молодых коней.
К табуну с уздечкою 
выбегу из мрака я,
Самого горячего
выберу коня,
И по травам скошенным,
удилами звякая,
Конь в село соседнее
понесет меня.
Пусть ромашки встречные
от копыт сторонятся,
Вздрогнувшие ивы
брызгают росой, -
Для меня, как музыкой,
снова мир наполнится
Радостью свидания 
с девушкой простой!
Всё люблю без памяти
в деревенском стане я,
Будоражат сердце мне
в сумерках полей
Крики перепелок,
ранних звезд мерцание,
Ржание стреноженных
молодых коней...
    (Николай Рубцов)

Моим одноклассницам


понедельник, 26 ноября 2012 г.

Античные боги - красавцы. Один к одному. Как актёр Джигурда (Зевс) или телеведущий Андрей Малахов (лучезарный Апполон), с его прекрасным торсом.
Ну а Христос? Униженный, избитый, "муж скорбей, изведавший болезни".
И как современникам Христа было поверить в него как в Бога? Непросто. Да большинство и не поверило, а пригвоздило Его, как разбойника, к кресту. 
Явились бы к ним, проповедуя, Малахов или Джигурда, результат был бы ошеломляющим, не сомневаюсь.
Такое дело.
Отец моего одноклассника и друга, атеист-коммунист, человек мягкий и спокойный, в нетрезвые минуты, называл своих верующих жену и тёщу добропыхательницами.
Вот почему-то.
Ну, вот.
Чтобы не возникло вдруг каких-либо недоразумений.
Я убеждённый монархист. Православного вероисповедания. Русский националист, с уважением и с большим и добрым интересом относящийся к другим народам, - все мы братья, от одних родителей, но разного характера и роста.
Повторю за Дмитрием Ивановичем Менделеевым: 
И никакие интернационалисты из меня этого не вышибут.

Интересные слова:
увнешневление,
увнутривление.
Апостол Иоанн:
"Дети! храните себя от идолов"  
                                        (1 Ин. 5, 21).

Наши предки, не зная зачастую азбуки, умели "прочитывать" иконы. Мы, выучив все буквы, разучились читать по образу. Скоро отвыкнем и писать.
Прочтение текста, по Блаженному Августину, предполагает несколько ступеней:
а) - буквальный;
б) - аллегорический;
в) - моральный;
г) - анагогический.
По Василию Великому и Ивану Александровичу Ильину, читатель должен вложить в прочтение текста столько же усилий, сколько вложил в него автор, или же, чтобы не терять зря времени, отложить и не брать в руки открытую случайно книгу.
По-моему (по моему хотению, не повелению), идеальный читатель мог бы вложить ( и часто вкладывает) усилий больше, чем автор, - чтобы увидеть (вычитать) то, что не увидел (не имел в виду при написании) даже и сам сочинитель.
Для древних греков цель искусства - катарсис.
Если древние греки целились и пытались попасть в очищение - придти к нему при помощи искусства, - то куда, или во что, теперь целимся искусством мы?
Вопрос к себе, к Вам, к Никите Михалкову и, допустим, к Гельману Марату.
Вряд ли ответы будут схожими, и мы друг с другом вряд ли согласимся. 
Цель изменилась (раздробилась) или мы?
Истинная красота - категория духовная. Как и истинная любовь, о которой говорил апостол Павел, она непреходящая, "никогда не перестаёт". Внешняя красота, как и влюблённость, временна, прелестна. А прелесть - лесть - сродни неправде, лжи - прикрывает часто что-то непригодное, а то и безобразное.
Вот икона - та не прикрывает, а приоткрывает.
Образ каждый из нас получает при рождении (без заслуг и без усилий с нашей стороны, словно в кредит, хоть мы его и не просили), подобия (кредит не возвращая), порой утрачивая даже образ, делаясь без-образными, достигаем не все, а преподобными из нас становятся лишь единицы.
Но живём вот, размножаемся.
Лестничная площадка. Около полуночи. Я, вернувшись из гостей и стоя перед дверью своей квартиры, достаю из кармана ключи. Сосед захлопывает дверь своей - пошёл с собакой прогуляться.
"Ну, блин, - ворчит, не глядя на меня (днём уже виделись, здоровались). - Зла на них, гадов, не хватает!.. Всех бы собрал и расстрелял!.. Вместе с потомством!.. Оборзели!"
"В чём дело?" - спрашиваю.
"За державу обидно!"
"Что такое?"
"Ты не знаешь!.."
Огромный кобель с болтающимся под мордой намордником утянул на поводке соседа вниз - как только оба не убились, - я, открыв дверь, зашёл к себе.
"Новостей, - решил, - по телевизору насмотрелся, газету ли прочитал".
Бывает.

пятница, 23 ноября 2012 г.

Процветание


Леопольд: "Давайте жить дружно!"
Программа минимум, программа максимум. Что-то это мне напоминает... Очередное обещание Рая. И опять без Бога. Не хочется в такой Рай. 
И вот ещё:
Такие же картинки я видел в ярких иллюстрированных брошюрках иеговистов.

А по поводу всемирного правительства и глобализации. Такое уже было. Вавилонская башня. Чем это закончилось, известно. Хотя кто знает, какой на этот раз и на этот счёт Божий Промысел?
Несколько цитат для моих племянников.

М. Д. Скобелев:
"Я готов написать на своём знамени - Россия для русских и по-русски, и поднять это знамя как можно выше".

Ф. М. Достоевский:
"Хозяин земли русской есть один лишь русский. Так было и будет всегда".

М. В. Ломоносов:
"Величие, могущество и богатство всего государства состоит в сохранении и размножении русского народа".
(Вспоминается созвучное этому "сбережение народа" А. И. Солженицына.)

Д. И. Менделеев:
"Национализм во мне столь естественный, что никогда никаким интернационалистам его из меня не вытравить".

П. А. Столыпин:
"Народ, не имеющий национального самосознания - есть навоз, на котором произрастают другие народы".

Ангажированные, бесконечно мелькающие на телеэкранах и озвучивающие чью-то "истину в последней инстанции"  журналисты, сами или с помощью выбранных ими "гостей", сейчас заткнули бы им рот.  Ну, представьте, например, телевизионное шоу с Владимиром Соловьёвым "Поединок", в котором с одной стороны барьера выступает Дмитрий Иванович Менделеев или Пётр Аркадьевич Столыпин, а с другой - Гозман, другой ли либерал. Ох и пришлось бы этим славным деятелям.
Ну, это так я...

вторник, 20 ноября 2012 г.

J.J.Cale_Jailer

+

С. Михеев

Cesaria Evora - Petit Pays

понедельник, 19 ноября 2012 г.

суббота, 17 ноября 2012 г.

Диоген Синопский:
"Всё принадлежит богам. Мудрецы - друзья богов, а у друзей  всё - общее. Следовательно, всё принадлежит мудрецам".
Как это можно переиначить под современность? Кому теперь принадлежит всё?
Принадлежит ли что-то и кому-то?
Ну и так далее.
Последние записи, о юродивых, из моей студенческой тетради. Делал я их, по-своему формулируя, на лекциях Александра Михайловича Панченко. Замечательный был учёный, удивительный человек. Царство ему Небесное.

пятница, 16 ноября 2012 г.

Чем отличаются нищие от юродивых?
Нищие живут толпой, скопом, и задача их - побираться.
Юродивый - одиночка, и подвиг его - обличительный протест.
Нищие и юродивые между собой враждовали, мир их не брал.
Василий Блаженный постоянно допекал одного из побирушек, сидевшего с протянутой рукой у Пречистенских ворот. Тот так от этого отчаялся, что пошёл и утопился в Москве-реке.
И разберись тут.
К теме о пресловутых Pussy Riot.
Однажды Авва Симеон, волоча за собой на верёвке дохлую собаку, вступил в город. Первым делом набрал в лавке орехов и направился в церковь, где в это время шла служба. Там стал он бросаться орехами и гасить светильники. Когда его попытались вывести вон, авва вскочил на амвон и оттуда принялся швыряться орехами в прихожан, стараясь при этом попасть  в женщин.
Ну, где эти "взбесившиеся" артистки, конечно, и где авва Симеон - подоплёки у них разные.
В Иудее самая позорная казнь - распятие на кресте.
В европейском Средневековье самое унизительное наказание - избиение дохлой собакой.
Такое дело.

Посещение седьмое

Ну, вот (с печальным вздохом произносится).
Минует, мол, и не заметишь. И жизнь пройдёт, как прошмыгнёт. Вечная присказка.
Заметил.
Не задержать – это уж точно.
Как, помню, любила повторять Марфа Измайловна Чеславлева: «Время не мужик, за штанину не ухватишь... Махни платочком на прошшанне, да и забудь, чтоб душу не смушшало... то ишшо это».
Забуду – вряд ли. Как? Да и зачем? Распределилось в памяти – словно по полочкам разложено – в ней. Чуть не по дням. Есть и такое – помгновенно. Можно зайти и посмотреть, но не потрогать.
Вот...


Воры, воры, кругом воры! - только и слышу.
У меня много знакомых, перебрал в памяти чуть ли не всех - ни одного вора среди них нет.
Спросил, специально позвонив, друга из Сибири. Он тоже не вспомнил.
Но одного всё же знаю, имя его называть не стану. Приютил я его, ясноглазого, - жить ему негде было, - на несколько месяцев у себя. Сыновья мои стали к нему относиться, как к брату, с друзьями своими его познакомили. А он в одну из посленовогодних ночей, тихонько, как тать, встал и покинул нас, прихватив разную мелочь - мобильные телефоны, наушники, плеееры, ну и ещё, не помню, что-то. А, вспомнил, шарф ещё зенитовский.
Смотришь телевизор - там одна Россия, страна воров, дураков и жуликов.
Оглядываешься вокруг - другая, с хорошими, умными, порядочными людьми.
И разберись тут.
Одна очень пожилая женщина недели за две до своей смерти, когда у неё до двухсот двадцати-двухсот тридцати поднималось артериальное давление, говорила мне: "Увези, милый, меня на родину". Я, пытаясь отчаянно и безуспешно - калиной да таблетками - сбить ей давление, говорил ей: "Ты же на родине". - "Да какая это родина... Здесь всё чужое, и чужие люди ходят, что-то говорят, я не пойму их. На родине у меня, милый, родители, - отвечала она мне, - муж, и там всегда лето".
На Родине она. Сорок дней скоро. Царство ей Небесное.
А мы ещё тут, значит, на чужбине.

четверг, 15 ноября 2012 г.

Архидиакон Павел Алепский (XVII век):
"Сведущие люди нам говорили, что если кто желает сократить свою жизнь на пятнадцать лет, пусть едет в страну московитов и живет среди них как подвижник... Он должен упразднить шутки, смех (смех будто продлевает жизнь. - А.В.) и развязность... ибо московиты... подсматривают за всеми, сюда приезжающими, нощно и денно, сквозь дверные щели, наблюдая, упражняются ли они непрестанно в смирении, молчании, посте или молитве, или же пьянствуют, забавляются игрой, шутят, насмехаются или бранятся... Как только заметят со стороны кого-либо большой или малый проступок, того немедленно ссылают в страну мрака, отправляя туда вместе с преступниками... ссылают в страны Сибири... удаленные на расстояние целых трех с половиною лет, где море-океан и где нет уже населенных мест".
Вот так мы изменились.  
Хоть и преувеличил, конечно, архидиакон (уж не настолько же предки наши были серьёзны и суровы, если вспомнить хотя бы про Масленицу да Колядки), но что-то верно разглядел иностранец.
Выходили древнерусские люди ранним морозным утром из своих домов на улицу и видели на снегу следы босых ног. Они знали и не удивлялись: бродил ночью юродивый по городу и за всех молился.
Выйдем и мы нынче из своих тёплых квартир на улицу, отправляясь на работу или по другим каким делам, увидим на заснеженном, но не затоптанном ещё тротуаре следы босых ног - что мы подумаем? Да, именно...
Вот так мы изменились.

среда, 14 ноября 2012 г.

Интересный факт:
Почти все юродивые после церковного раскола XVII века примкнули к старообрядцам.
Интересно.
Как ни выйду на кухню чаю попить, как ни включу радио, тут же слышу про моченедержание и про то, как, с помощью какого чудо-лекарства, от него избавиться.
Что же с нацией случилось? У всех нас, что ли, недержание? И это для нас сейчас самое главное?
Возможно, только на моей кухне такое радио. Но у меня с этим пока всё в порядке.

вторник, 13 ноября 2012 г.

Интересно.
Сейчас, чтобы занять видное место - ну, скажем, на нашем телевидении, - нужно съездить в Америку и несколько лет там пожить. А в XIV-XVII вв., чтобы сделаться юродивым (юродивым Христа ради), нужно было ехать в Россию.
Среди наших юродивых было немало немцев. Был и француз, выпускник Сорбонны, Вавила Молодой, последователь аскета Капитона. 
Так вот.
Путь с (от) Голгофы может вести только вниз.
Поэтому, если мы хотим сохраниться как народ, как русский народ, а не превратиться в безликое население, потребляющее продукцию (материальную и духовную-бездуховную) всего мира и добывающее и обеспечивающее этот мир природным сырьём да покорными (или строптивыми) невестами, мы должны вернуться к христианским ценностям и христианскому образу жизни. Другого пути у нас нет. А христианство наше - Православие.
Протопоп Аввакум своему старому знакомому, архиепископу Рязанскому, рассказав прежде о праведной жизни Мелхиседека:
"Друг мой Иларион, архиепископ Рязанской. Видишь ли, как Мелхиседек жил? На вороных в каретах не тешился, ездя! Да еще был царские породы. А ты хто? Вспомяни-тко, Яковлевич, попенок! В карету сядешь, растопырится, что пузырь на воде, сидя на подушке, расчесав волосы, что девка, да едет, выставя рожу, по площади, чтобы черницы-ворухи унеятки любили. Ох, ох, бедной!"
Протопоп (яро и- яркословый) Аввакум никонианам, получается, что и мне:
"А ты, никониан, чем похвалишься? - скажи-тко! Антихристом своим нагим разве, да огнём, да топором, да виселицею? Богаты вы тем! - знаю я".
Интересно. 
Для жителей Пскова и Ярославля Древней Руси Москва представлялась антимиром, перевёрнутым, кромешным или "инышним" миром.
Что изменилось?

понедельник, 12 ноября 2012 г.

Постригся Никита Казаринов Голохвастов в монахи, а затем принял схиму ("ангельский чин").
Царь наш Иван Васильевич Грозный, Иоанн IV, отправил его, подданного своего, на тот свет, сказав при этом:
"Он - ангел: подобает ему на небо взлетети".
Парфений Уродивый. 
Чей, как вы думаете, это литературный псевдоним?
Царя нашего Ивана Васильевича Грозного.

пятница, 9 ноября 2012 г.

Счастье опасно. Опьяняет, как водка, и ослепляет, как вспышки сварки.
Страдание отрезвляет и обостряет зрение.

четверг, 8 ноября 2012 г.

Скучно, тоскливо жить в торгашеском мире, со всем к нему липко и навязчиво прилагающемся, хочется жить в героическом, где письменный торговый договор (контракт) заменяет честное слово и присяга верности. Но доживём ли?
Могут ли эволюционировать бесы? По-моему, нет. Они всё, что следует, уже поняли, как для них нужно, изменились.
Так и с русскими коммунистами и либералами - заповеди их навечно вырублены на их прочных лбах.

В Ялани ещё на одну (светлую, я свидетельствую) душу убыло. Прибыли не ожидается. Всё убывает, убывает - предел на виду.
Помолитесь за новопреставленную рабу Божию Вассу. 10 ноября будет 9 дней.

вторник, 6 ноября 2012 г.

После потери близких, вскоре после отшибающих сознание похорон, возникает вдруг странное чувство, будто родной тебе человек не исчез бесследно и невозвратно, а просто куда-то переместился, и когда-нибудь появится возможность тебе с ним встретиться. Не знаю, как у кого, у меня так. Это непонятно откуда появляющееся чувство многих, наверное, удерживает от отчаянного поступка – отправиться вслед за умершим, то есть наложить от тоски на себя руки.