Почему старцы говорят, что "бес полуденный - бес уныния"? Меня он может посетить и среди ночи.

 

      Мой яланский собеседник:

      - Когда я делаю добро по-мелкому - бабушку переведу через дорогу, другу, болеющему после вчерашнего, подкину на пиво, - дьявол на меня не нападает. Но стоит одолжить ему же, другу, сильно в чём-то нуждающемуся, большую сумму или сдай для него треть своей крови, то жди вскоре от врага человеческого такой взбучки, что можешь и не устоять.

 

      Когда мы мстим, мы не доверяем Суду Божию.

      Один раз в жизни довелось мне встретить человека, который благодарил Бога за болезнь. Это бабушка моего друга детства. Было ей тогда лет шестьдесят, не больше. Слышал, как она сказала: "Слава Богу - ноги заболели! - не придётся мне, неуёмной, бежать за черникой!"

 

      Мой яланский собеседник:

      "Вася, мы идём не от родителей, мы идём к ним".

      Хожу вот, думаю. 

       Альбер Камю, во время оккупации немцами Прекрасной и Премилой Франции, написал "Письма к немецкому другу".

       Вспомнил я вдруг о них и подумал:

       "Интересно, что бы и как он, замечательный писатель и мыслитель,  Нобелевский лауреат впоследствии (1957), написал своему "другу", если бы в это время находился в России, где-нибудь в Курске или в Брянске?"

        Но это так я, просто вдруг вспомнил. 

 

 

     Византия:

     109 императоров;

     74 из них убито.

      Славная статистика.

      Мы, наследники, пока не дотянулись. Слава Богу.

 

          Святые рекомендуют:

          "В бесстрастии ума взирай на лики женщин и обидчиков".

          Кому это они? Если нам, нам не по силам. 

 

      Когда умирает душа?

      Когда её оставляет Бог.

      Но как душе для этого "стараться" надо! 

      По поводу поста.

      У Златоуста:

      "Дьявол не ел и не пил, и - пал; Павел ел и пил, и - взошёл на небо".

      Вот, прочитал, и готов уже расслабиться. 

 

      Мы вечные должники! 

      Так как пользуемся задаром всем не своим: водой, воздухом и проч.

      И возвращать долг не желаем. 

      Возьмётся силой. 

      С чем останемся?

      Да и останемся ли? 

      Бог ни в чём не нуждается. Нуждается!

      У Матфея:

      "Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне". (25,  40)

      Мой яланский собеседник (у нас в конце августа на слеге (балке) своего двора повесился шестидесятилетний мужик, и "ни с того вроде и ни с сего, пусть поругался он из-за какой-то ерунды с соседом, сосед же в петлю не полез!"):

      - Самоубийство, Вася, - идём с ним, с собеседником, отдельно от остальных, с кладбища, - это не внезапный, а подспудно подготовленный ответ на все возникшие перед тобой вопросы: "И знать ничего не хочу!". Или, как вариант: "Да мне и так уж всё известно!"

      Иду, не знаю, что сказать. 

 

      Мой яланский собеседник:

      - Счастье, Вася, - это от неведения. Сведущий человек счастьем не болеет. Он иногда, в минуты редкие, испытывает радость. Только для святого, "увидевшего", радость - неизменное состояние.

      Я:

      - Ну не знаю. 

 

       Андрей Юродивый, босой зимой и летом, летом и зимой в одной рубахе, молился, обливаясь слезами, Богу коротко: "Господи! Господи!" И не добавлял к своей молитве слово "Дай!"